{"href":"https://api.simplecast.com/oembed?url=https%3A%2F%2Fmezhdu-strok.simplecast.com%2Fepisodes%2Fep-33-fo02GUUg","width":444,"version":"1.0","type":"rich","title":"«Живы дети, только дети…» Фёдора Сологуба","thumbnail_width":300,"thumbnail_url":"https://image.simplecastcdn.com/images/37a5022c-f7c4-478c-9c40-2afbefa07b0a/6cdb32be-68b8-4921-9ced-ae1475ffb3a2/mezhdu-strok.jpg","thumbnail_height":300,"provider_url":"https://simplecast.com","provider_name":"Simplecast","html":"<iframe src=\"https://player.simplecast.com/db7f17d8-31cf-4e57-ae10-b63381c46d87\" height=\"200\" width=\"100%\" title=\"«Живы дети, только дети…» Фёдора Сологуба\" frameborder=\"0\" scrolling=\"no\"></iframe>","height":200,"description":"К 160-летию Фёдора Сологуба: в этом выпуске «Между строк» Лев Оборин обсуждает с филологом Маргаритой Павловой одно из знаковых стихотворений поэта. Откуда у Сологуба взялась завороженность смертью, заставлявшая его вновь и вновь обращаться к разным граням этой темы? Как в стихах и прозе Сологуба действуют дети — живые и умершие, и как это связано с детством самого поэта? Правы ли критики, считавшие, что сологубовские рифмы слишком безыскусны? "}